| |
Если хочешь быть богатым и счастливым - не ходи в школу Роберт Кийосаки
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18Действительно, преуспевающие люди учатся брать на себя всю ответственность за свои действия: они извиняются и делают все возможное, чтобы исправить свои ошибки. Они признают свою ошибку, ищут в ней урок, делают необходимые исправления, поправки и затем движутся дальше к большому успеху.
Не преуспевающие люди выпячивают эмоциональную боль самообвинения и не могут полу-чить ценные уроки, данные им через их ошибки. Непризнание ошибок характеризует ограниченных, недалеких, самодовольных людей, которые отодвигают свою способность быть счастливыми и найти финансовое благополучие.
Всегда правые
Вместе с отрицанием того, что мы сделали ошибку, существуют проблемы, связанные с не-обходимостью быть всегда правыми.
1. Неспособность заглянуть в будущее.
Человек, которому нужно быть правым, часто держится за устаревшую информацию, кото-рая, возможно, была верной в прошлом, но более таковой не является. Многие путают факты с правдой. В противовес успешному полету в более тяжелом, чем воздух, летательном аппарате братьев Орвилля и Вильбура Райт "фактом" было то, что люди не летают и никогда не полетят. Это было "фактом" в то время, не "правдой". За день до того, как Роджер Баннистер за 4 мин пре-одолел дистанцию в милю спортивные физиологи выдвинули дюжину самых убедительных причин, подтверждающих, что такой подвиг вне человеческих сил.
Большинство из того, что мы называем общечеловеческим знанием не более, чем информа-ция на общедоговорной основе. Другими словами консенсусная реальность, что означает знания, которые большинство людей признают истинными. История пестрит примерами великих идей и изобретений, которые казались нелепыми потому только, что общество было непреклонно в своем нежелании выйти за рамки традиционного для своего времени мышления. Бизнес-парадигма, несмотря на четко проступающие ее черты на лице зарождающегося общества, была разрушена и не придержана новой реальностью до срока. Сегодня грядут перемены, которые совершенно не-возможно было вообразить вера, представляя явную угрозу высказываниям типа: "что работало вчера, будет работать и завтра".
Чтобы научиться учиться на ошибках, мы должны научиться никогда не говорить: "Это сума-сшедшая идея. Это никогда не будет работать" независимо от того, на сколько она кажется сума-сшедшей. Мы должны научиться устранять влияние договорной реальности достаточно, чтобы оставаться всегда открытыми новым идеям и новым возможностям. Равнодушные "мыслители" не услышат новых идей до тех пор, пока эти идеи не попадут в ранг признанных "верными".
2. Не набирающие новые знания.
Люди, которые во всем "правы", редко изучают что-нибудь новое потому, что они слишком заняты тем, что всегда правы. Только если они добровольно сдадутся, для них оживут новые зна-ния. Богатство только увеличивается от того, что люди понимают процесс обучения на собствен-ных ошибках. И кроме всего прочего, слишком малая часть знаний не устареет завтра или в сле-дующем году или в следующей декаде. Факты меняются - и наше восприятие обязано меняться.
3. Больше конфликтов.
Я помню в детстве я ходил в нашу семейную церковь. Однажды я спросил учителя воскрес-ной школы, какая разница между нашей церковью и католической церковью. Она сказала: "Орто-доксальная придерживается правильного учения Христа, а католическая - неправильного". Мне было всего десять лет, но что-то в этом заявлении показалось мне нелепым. Что это могло быть? Во имя того, чтобы доказать свою правоту, люди причиняют друг другу боль, горе и устраивают кровопролития.
Вспомните самый популярный девиз нашей политики в годы Холодной войны между Соеди-ненными Штатами и Россией. Он провозглашал; "Лучше мертвый, чем красный", и это так и было, когда множество раз мы вплотную приближались к возможности ядерного уничтожения друг друга.
То, на чем упорно настаивает большинство, порой бывает всего лишь их точкой зрения, мне-нием. Каждый из нас имеет свое собственное скрытое кредо - убеждение в том, что только так правильно, а противоположное мнение ошибочно. Мы должны научиться мыслить шире и допус-кать возможность неопределенного количества ответов на каждый вопрос.
Такие изменения могут начаться с нашей образовательной системы, позволив распрощаться с верой в то, что студенты должны отстаивать свой идеал правоты. Потребность быть правым и пренебрежение к истинному понимаю ведет как к межличностным конфликтам, так и к националь-ным. Если не отказаться от парадигмы "правильное - неправильное мышление" проблема перена-селенности планеты очень скоро перерастет в проблему вымирания через глобальную войну.
Как бывший морской офицер и личность, становление которой происходило в борьбе, я за-метил, что стало больше покоя в моей жизни с тех пор, как я признал, что у других людей тоже могут быть правильные ответы. Я сильно уменьшил употребления слов "прав" и "неправ" в своем лексиконе, так же, как и слов "хорошо" и плохо". Вместо этого я стараюсь понять различные точки зрения и признать, что люди отличаются друг от друга. Я научился трудным путем, что противоре-чие мнений не означает, что кто-то прав и кто-то неправ.
В наших школах тем не менее, боюсь, мы по-прежнему учим наших детей мыслить узко. Мы сеем семена войны, не мира.
4. Замороженный доход.
Практически во всех разновидностях бизнеса людям платят за то, что они знают. Люди, ко-торые всегда и во всем должны быть правы, как мы уже убедились, склонны к застою, намертво прирастая к тому, что они уже знают вместо того, чтобы идти на риск и познавать новое. С того момента, как перестают обновляться их знания, их доход замирает. В худшем случае их увольня-ют из компании, потому, что приходит время новых технологий, или компания переходит к произ-водству другой продукции. В таких случаях старые знания уже не могут более удовлетворять но-вым требованиям. Каждый год мы наблюдаем сотни тысяч таких людей, которым предлагается достаточно рано уйти на отдых, так как знания больше не могут служить компании.
5. Не устремляясь в будущее.
Человек, который придерживается старых идей, обнаруживает, что эта тропинка сужается. Часто проблемы и самооправдания увеличиваются, а возможности уменьшаются. Мир меняется, но человек цепляется зa прошлое или ожидает, когда вернутся добрые старые времена.
6. Прогрессирующая внутренняя слепота.
С детства живя на Гавайях, я любил нырять в океан за рыбой и лобстерами. Я часто видел других ныряльщиков, возвращающихся домой с осьминогом, пойманным на той же территории, Я никогда не видел ни одного.
Однажды я попросил сезонного ныряльщика взять меня с собой и показать, где живут ось-миноги. Вскоре он указал мне на груду мертвых кораллов. Он показал на отверстие в них, Я уста-вился на него и смотрел так долго, как только позволяло дыхание, но ничего не видел. Затем я бросил свое копье в это отверстие. В ту же секунду оттуда выпрыгнул взбешенный осьминог и растворился прямо перед моим носом. Я понял, что осьминоги тут были всегда, прямо передо мной, но я их не замечал.
То же самое происходит с бизнесом и инвестициями. Я нахожу забавным, когда кто-нибудь говорит мне о том, что все возможности уже разобраны, и вокруг ничего для него не осталось. С годами я стал замечать, что чем больше рискую, ошибаюсь и исправляю свои ошибки, тем острее становится мой нюх. Я должен сказать, что те, кто боится совершать ошибки, зачастую не видят и возможностей, даже если те пляшут у них перед носом. Люди, которые не видят, называют тех, кто видит, "акулами", потому что последние способны воспользоваться даже тем шансом, который остается невидимым для других. Существенная проблема тех, кто всегда должен быть прав, в том, что он прекращает искать в новом месте.
7. Неспособность использовать преимущества своей неудачи.
Слишком много людей становился такими зацикленными, правильными, что просто растра-чивают свою жизнь. Это типичная схема жизни неудачников. Страх совершить ошибку буквально парализует их, Прогресс же достигается следованием по пути "обеими ногами", как говорил Бакки Фуллер. Мы находим новые пути и движемся вперед, делая новый шаг, осматриваемся, куда он нас приведет, потом делаем еще один шаг, с помощью которого мы можем и исправить курс, если нужно, и двигаться дальше по своему пути. Прогресс - всегда отклик на то, что вы или кто-то еще научился делать самостоятельно. Смогли бы мы когда-либо создать сверхзвуковой 747, если бы братья Райт не рискнули своими финансами и репутацией, не построили бы и не полетели на сво-ем несовершенном, "тяжелее воздуха" аппарате. Что не упоминается в книгах по истории - так это сколько раз они не смогли поднять в небо свою машину и количество их падений. Из-за всех этих бесконечных серий "ошибок", которые они совершали, они стали предметом шуток журналистов. Только их желание пойти на риск двигало их к успеху и помогло им в конце концов получить почет-ное место в книгах по истории.
8.
Я часто встречаю людей, у которых огромный потенциал, но нет денег или профессиональ-ного успеха. Эти люди перенасыщены зависимостью и разочарованием. Оно исходит из того, что они слишком жестки с собой. Они знают, что у них есть то, что необходимо для успеха, но не раз-решают себе сделать неизбежные ошибки и пройти через кривую обучения, которая ведет к удов-летворению собой.
"У вашего сына большой потенциал", - было написано в моей зачетной карте, которую я при-нес домой. Я помню, как ходил на школьные собрания с родителями, и учитель каждый раз гово-рил одно и то же: "У Роберта большой потенциал, но он не проявляет себя".
Теперь я понимаю разочарование мое и учителей. Как они могли ожидать, что я использую свой потенциал, когда всегда наказывали меня за ошибки? Я жил вес эти годы, осознавая, что есть вещи, которые мне хочется делать, а есть то, что я делать обязан. "Я обязан не совершать ошибки" - вот, что было в моем мозгу, и на чувства я надевал бронежилет. И пока я его не выбро-сил, я не начал расти и учиться.
9. Безнадежно отстающие в гонке.
Люди, боящиеся совершать ошибки, слишком медлительны, мир стремительно несется впе-ред, а они отстают. Это не означает, что мы должны быть безрассудными. Но однажды освобо-дившись от страха совершения ошибок, у нас появляются шансы участвовать в гонке. Просить человека, боящегося своих ошибок успевать в ногу со временем, то же самое, что водителя Вольво поместить на скоростную трассу Индианаполис 50 для участия в автогонках. Машина имеет и мощность, и скорость достаточную для победы, но водитель привык к спокойному темпу. Он не может оставить в прошлом свои привычки, и его осторожный взгляд на жизнь достаточно долог, чтобы испытать весь потенциал своей машины. Так что, это водитель, а не машина пропускает шанс.
Удачливые автогонщики автоматически корректируют автомобиль, мгновенно и слегка за-метно, и только так можно сработать на больших скоростях. Они знают, что случится, если они не распознают ошибку, а начнут последовательно анализировать остановку; они закончат гонку в яме - или чего хуже на стене.
Нравится нам это или нет, но скоростная гонка - это фактически наша современная жизнь. Независимо от того, осознаем мы это или нет, человек, боящийся ошибок, постоянно сдерживает гонку. И это сдерживание только усугубляет его стресс и в действительности увеличивает его шансы ошибиться. Неспособный осмыслить или хотя бы обнаружить ошибку, он не может все по-править и неизбежно приходит к краху.
Основное требуемое изменение.
Самым долговременным следствием неадекватности нашей образовательной системы яв-ляется атрофия нормального функционирования в реальном мире. Слишком многие из нас поки-дают школу с недостаточной уверенностью в своих силах и всяким отсутствием в умах и сердцах осознания положительной стороны ошибок.
Мы не можем более терпеть такую образовательную систему, которая наказывает за чест-ные ошибки и не имеет методики раскрытия потенциала личности. Мы должны избавиться от древнего чудища, которое обуславливает деградацию нашего общества, заменяя природную тягу к знаниям у наших детей болью и разочарованием. Истинное знание и так содержит в себе элемент разочарования безо всякой системы, которая его бы еще усугубляла.
Мы должны отыскать способ общения через любовь и доброту так, чтобы система "правиль-но"/"неправильно" служила бы своей истинной цели: фильтровать системы по отбраковке тех, кто им не соответствует. Мы должны найти возможность создания нового познавательного процесса, где бы ошибки поощрялись и считались бы бесценным источников мудрости, каковыми они в дей-ствительности и являются. В этом случае мы добились бы успеха по двум аспектам: во-первых, в раскрытии потенциала человеческих ресурсов и во-вторых при внесении счастья в человеческие жизни. Мы должны сделать следующий шаг в нашей эволюции так, чтобы наконец увидеть ту гро-мадную пользу для человечества, которую мы все без сомнения получим, когда каждый из нас раскроет свой максимальный потенциал и поможет остальным сделать то же самое.
12. НЕ БОГ СОЗДАЛ ТУПЫХ ЛЮДЕЙ, ИХ СОЗДАЛА НАША СИСТЕМА ОБРАЗОВАНИЯ
Где есть милосердие и мудрость, там нет места страху и невежеству.
Св. Фрэнсис Ассиси.
Я был в четвертом классе, когда впервые осознал, насколько школа может быть болезнен-ной. Я уже почувствовал насколько она скучна и осознал всю глубину ее бесчувственности.
Пока я наблюдал, как учительница выписывала на доске оценки по математическому тесту, в моем желудке было ощущение порхающих там бабочек. Когда обнаружил, что не был одной из жертв, чье имя было бы записано в колонке неудачников, я вздохнул с облегчением. Снова я чув-ствовал себя избитым системой. Я учился, не обучаясь. Когда я посмотрел вокруг себя в классе, я увидел других детей, которым не повезло на этот раз так, как мне. Одна девочка, Марта, пыталась спрятать свою работу так, чтобы никто не увидел ее результат. Но это не помогло. Начав с лучших результатов и заканчивая худшими в конце списка, наша учительница огласила "перечень рангов" нашего класса, как она это называла. Бедная Марта снова была в конце списка.
Застенчивая, милая Марта была музыкально одаренной девочкой, любящей животных. Но она сразу терялась, когда на нее наступала математика. Я хотел ее подбодрить, но учительница накричала на меня и сказала, что если еше раз услышит от меня хоть слово, оставит после уроков.
Марта начала плакать, а я не знал, что делать. Когда закончились занятия, некоторые дети, пробегавшие мимо Марты, показывали на нее пальцем, хихикали и шептали "глупая" и "тупая". Судя по выражению ее лица, Марта слегка умерла в тот день. Это был взгляд, которою я никогда не забуду.
Я не знаю, что дальше происходило с Мартой. Я знаю только, что она не закончила школу вместе с остальными в 1965 году. Говорили, что она ушла из школы. Если это было правдой, это было большой потерей для всех нас потому, что в своей сфере интересов она была одаренным ребенком.
Можно ли назвать экстремальным такой пример? Большинство читающих эту книгу знает, что нет. Напротив, в большинстве школ страны это скорее правило, чем исключение. Каждый день в наших школах детей уничтожают перед всем классом. Каждый день чувствительные дети такие, как Марта, слегка умирают. В школах тщательно следят за неукоснительным выполнением одоб-ренной программы, в соответствии с которой детей классифицируют по уровню получаемых бал-лов. Слабых детей жестоко дразнят одноклассники, которые усвоили, что быть успевающими и получать хорошие отметки, гораздо важнее дружбы.
Кто знает, сколько в нашем мире таких Март, которые пали жертвами негуманного обраще-ния в школе? Даже, если одна, это все равно слишком много. Неважно, как такое обращение с детьми называется, перечень рангов или деление на группы способных и тупых, дети верят в эти ярлыки, которые иногда являются причиной эмоциональных травм с длящимися порой всю жизнь последствиями. Безусловно это мешает раскрытию полного потенциала ребенка. Я всерьез со-мневаюсь в полезности какой-либо детской классификации за исключением того, что она облегча-ет жизнь учителей и исключает "слабых" учеников, которые не строятся по системе. Продолжать практиковать ярлыки, зная какой вред они способны принести чувству собственной значимости невинным детям, было бы непростительно.
Мои друзья преподаватели предпочитают называть этот метод исключения неподходящих системе учеников законом распределения. Это звучит так научно! Мои друзья военные называют это "выживанием сильнейших" - разделяющим населения на победителей и проигравших. Как бы мы это не называли, наша система образования в это время играет с детскими жизнями в варвар-скую игру в то время, как их сердца и умы открыты и уязвимы.
Сегодня мы знаем мудрость известных исследователей в области физики и психологии та-ких, как доктор Бруно Бэтлэем, доктор Эрик Эриксон и других, которые утверждают, что каждый ребенок прогрессирует по-разному. Один ребенок добивается успехов в одной сфере, а другой в другой. Один может оказаться готовым к чтению в четыре года, а другой, например, в семь лет, а третий в двенадцать. И все же наша образовательная система продолжает отбор "лучших" по тем предметам, которые считает важнейшими - математика, науки и английский.
Несмотря на знание того, как молодые, уязвимые умы могут пострадать из-за такой тактики, наши дети тестируются, клеймятся и отбраковываются системой так, как будто они роботы, кото-рых надо рассортировать по предложенному, но не оправданному критерию. В результате силь-нейшие причисляются к уровню выше среднего и попадают в разряд "одаренные и талантливые", а "слабых" относят к уровню "ниже среднего", и с этого времени они игнорируются системой.
Недавно десятилетняя дочь моего друга, вернувшись из школы, испуганно сообщила, что она не будет ветеринаром когда вырастет, профессия, о которой она мечтала с семи лет. Ее мама спросила, почему, на что девочка ответила: "Моя учительница сказала мне, что я отношусь к уров-ню "ниже среднего", и что я недостаточно для этого способна". Это случилось с девочкой, которая к тому моменту восторженно мечтала о своем будущем. Будучи чувствительной и легко ранимой, она была интеллигентной и по-своему талантливой. Она никогда не сомневалась в том, что осуществит свою мечту - по крайней мере, до того момента, как ей сказали, что она ниже среднего.
Зная эту девочку достаточно хорошо, я не на минуту не сомневаюсь, что ее места в конеч-ном итоге приблизит ее к успеху. Она найдет способ сделать то, что она хочет сделать. Но теперь возникла реальная опасность для чувства ее уверенности в себе, которое может быть подавлено системой образования. Если она поверит в этот ярлык, приклеенный ей в школе, она не будет больше вынашивать идею добиться своей мечты. Это станет тем сортом ненавязчивого подавле-ния, который ответственен за потерю мечтаний и чаяний многих из нас. Как далеко может пойти человек, осуществляя свою мечту, уверенность которого в своих силах подорвана системой образования? Не достаточно далеко.
Слишком часто образование превращается в игру на выносливость. Потребность в знаниях и саморазвитии уступает место гонке за приз, который может достаться только одному из лучших, одному из 10% лучших. Основанная на законе распределения, эта система делит мир на победи-телей и проигравших, на соответствующих и аутсайдеров, на тех, кого приемлет и кого отвергает система. Эта система исключения, а не включения.
Проблема в том, что ученики, которые обнаружили себя исключенными системой градации, как шестеренки единого механизма, не выпадают из общего конвейера. Они не выпадают из него с тем, чтобы быть использованными в другой партии. Исключенные ученики продолжают посещать школу - по крайней мере многие из них. Эмоционально, тем не менее, эти ученики знают, что они были исключены потому, что система признала их непригодность. Они приучаются чувствовать себя тупыми и ниже среднего. Их чувство собственного достоинства уязвлено, и они становятся дисциплинарной проблемой, отвлекая других студентов и доводя учителей до полусумасшествия.
Когда с личностью обращаются подобным образом, цена, которую приходится за это платить (антиобщественное поведение и потеря общечеловеческих ценностей), возрастает пропорционально нанесенному душе ущербу. То, что мы проделываем с нашими детьми, граничит с криминалом - особенно, когда мы знаем, что есть альтернатива. Альтернатива представляет собой то, что я называю "целостным образованием", которое рассматривает ребенка как цельную личность и находит способы развить уникальный дар каждого. Каждый имеет свой собственный дар, талант, который может развиться, если получит свои хотя бы полшанса, и впоследствии сумеет подняться до уровня, когда будет способен сделать существенный вклад в развитие общества.
Психологи, работающие в сфере образования, знают, что дети прогрессируют в большой степени зависимости от того, как они себя оценивают и как учителя оценивают их способности. Это принцип "самоисполняющегося пророчества" - в основном мы не добиваемся большего, чем от нас ожидали. Если нас оценивают ниже среднего, мы все равно об этом узнаем, даже, если ни-кто нам прямо об этом не скажет, ведь именно такими воспринимают нас наши учителя. Тогда мы интегрируем это "пророчество" в собственное восприятие и позволяет ему стать определяющим в нашей жизни, независимо от того, насколько упорно мы будем трудиться, насколько сильна в нас самомотивация и в каком месте иерархии равных мы себя находим.
Чем меньше ребенок и чем он более впечатлителен, тем скорее он поверит тому ярлыку, ко-торый на него наденут. Даже интеллигентные и талантливые дети начинают нести себя в соответ-ствии с присвоенным ярлыком "ниже среднего", и люди начинают обращаться с ними соответст-венно.
В Гарварде было проведено исследование зависимости способностей студентов от их оцен-ки окружающими. Учителям предварительно сказали, какие дети, к какому уровню способностей относятся. Не смотря на то, что на самом деле в рамках одной группы находились дети с разными способностями, оценивались они все примерно одинаково. Исследования обнаружили, что результаты тестов зависят прежде всего от отношения учителя, а не от способности ребенка.
Большинство тестов, которые приходится сдавать студентам, основано на тесте так назы-ваемых трех R: чтении, письме и математике. К сожалению при таком подходе игнорируются дру-гие таланты и способности, которые может иметь ребенок - такие как музыка, атлетика, сцениче-ское искусство или прикладное рукоделие. Так юные Шопен, Микеланджело или Мэрил Стрип за-просто попали бы в конец академического списка и были бы отвергнуты системой только потому, что не успевали хорошо по "основным" предметам. Кто-нибудь способен догадаться, скольких юных гениев такая система превратила бы в тупицу, хотя мы знаем, что даже такие люди, как Аль-берт Эйнштейн были где-то среди них.
Эта эра победителей и проигравших породила бессчетное количество миллионов людей, ко-торые не достает уверенности в себе, которые панически боятся совершать ошибки и которые все в своей жизни усредняют потому, что их убедили в том, что они не настолько способные, как их одноклассники. Только некоторые удачливые "проигравшие" рано или поздно вычисляют, что они не такие тупые, как убеждала их в этом система.
Как это все печально и как не нужно! Система не может судить и оценивать, кто достоен поддержки и продвижения, а кого игнорировать и отвергать. В задачи системы образования входит оценивание методики обучения и качества образовательного процесса независимо от способностей или недостатков ребенка.
Сегодня в сфере образования ведутся разговоры о право- и лево-полушарном обучении. Они основываются на исследованиях, указывающих на два полушария мозга (правое и левое), деля в соответствии с этим на детей, что с линейным мышлением, способных к математике, языку и базовым наукам и тех, кто склонен к интуиции, способных в музыке, поэзии, атлетике и искусст-ве. Требуется достаточно усилий, чтобы определить ребенка с явно выраженными способностями правого полушария, так как традиционно система была нацелена на выявление способностей ли-нейного мышления.
Поскольку сфера образования стала уделять внимания текущим исследованиям в области человеческого мозга, мы также можем надеяться, что она на забудет еще один раздел мозга из-вестный уже около 4 веков - подсознание.
Оно отвечает на едва уловимые послания такие, как подбадривание, поддержка, звучащие в тоне учителя и одноклассников или их отсутствие, которое сообщает ученику, что он недостаточно хорош. Если мы начнем обращать внимание на то, насколько эффективна методика обучения для различных участков нашего мозга, мы отыщем гораздо больше победителей, чем их было до этого момента.
Если учитель не способен заставить хорошо учиться медленно обучающихся, это может происходить вероятно от того, что их слишком часто таковыми называли. Я удивляюсь тому, на-сколько иначе ведут себя эти дети, когда им начинают говорить, что они способные, подбадривать похвалой и обучать добротой и любовью вместо того, чтобы классифицировать и оценивать.
Трагично, что наша система образования - массовый поставщик не только "тупых" людей, но и людей жестоких и негуманных, людей, которые даже не догадываются о том, что они таковыми являются. Не учебный план исподволь поощряет мошенничество, называя это помощью. Это ве-дет к конкуренции вместо кооперации и увеличению разрыва между способными и тупыми, бога-тыми и бедными, победителями и проигравшими. Убеждение, что есть что-то непозволительное в том, чтобы оказывать помощь другим или получать помощь со стороны, проходит через всю нашу жизнь, порождая одиночество и неспособность полноценного общения с другими людьми.
Примеры этого мы наблюдаем каждый день. Люди думают, что давая деньги, они помогают близким или просто друзьям. Но это лишь жалкий палматив помощи физической, умственной и духовной. Если мы хотим решить наши значительные социальные проблемы, мы должны признать, что сострадание важнее денег. Школа учит детей избегать тех, кто их слабее. Год за годом детей учат, что быть сильнейшим, лучшим и способнейшим - означает добиться успеха. Чувствовать симпатию к "тупым" или помогать им - это против правил, это мошенничество. Деньги становятся нашим способом защиты от разного рода "нежелательностей" таких, как бездомные, голодные и бедные в то время, как в нас должно было бы обнаружиться чувство вины.
Не так давно я разговаривал с молодой матерью, которая переезжала и другой штат. Ее кон-церн нашел для нее дом с хорошим соседством, так что ее дети не столкнутся с "нежелательно-стями". Она даже подумывала не отправить ли детей в частную школу. Даже, если родители могут позволить лучшее образование для своих детей, дети узнают больше от своего ближайшего окру-жения, чем от так называемой "лучшей" среды. Настоящее обучение происходит между родителем и ребенком. Дети по бытовым и жизненным ситуациям учатся у своих родителей. Если ребенка послали в частную школу, игнорируя факт существования бедных, ребенок никогда не узнает ис-тинное значение бедности. Это только увеличивает дистанцию между имеющими и не имеющими и на шаг отступает от принципа гуманизма.
Если вы сомневаетесь в том, что жестокая система, существующая по принципу "выживает сильнейший" все еще жива, обратите внимание на то, кого любая компания увольняет в первую очередь. Это самые слабые, это те, у кого меньше всего сил, у кого меньше всего способности устоять на собственных ногах, это люди с крайне низким самомнением.
Во всех бизнес-классах моей организации процесс обучения и тесты выполняются коопера-тивно. Если бы наши методы обучения пришлось оценивать традиционным учителям, они назвали бы такую помощь и поддержку мошенничеством. Мы же называем этот принцип иначе - коопери-рованием.
Однажды в своей книге "Абелин Парадокс" Харвей спрашивал: "Не кажется ли вам странным, что практически все институты образования в нашей культуре, от детских садов до высших школ, называют мошенничеством процесс оказания и получения помощи?"
Общепризнанная истина гласит: одна голова хорошо, а две лучше. Японцы помнят об этом, и поэтому японские студенты обучаются в группах. Они понимают, что в то время, как кто-то силен в математике, ему требуется помощь и поддержка в другой сфере, в языке или музыке к примеру. Если кооперируются двое или несколько студентов, выигрывает каждый из них, причем каждая личность, обучаясь таким путем не теряет, а наоборот увеличивает чувство собственной значимо-сти через оказание помощи своим товарищам. Это чувство коллективизма, взаимопомощи и само-реализации обучает намного более важным вещам, чем получение высоких баллов, хотя честно сказать это тоже удается не без труда.
Западное образование нацелено на взращивание суровых индивидуалистов, абсолютно всемогущих, самодостаточных и одиноких. Эти супермены и супервумен знают все правильные ответы и редко, если не сказать никогда, ошибаются. Нет необходимости кому-либо что-нибудь им говорить. Они отделены невидимой, несокрушимой стеной от тех, кто слабее. Если ваша органи-зация наполнена такими управляемыми исключительно собственным эгом индивидуалистами, у вас будет атмосфера нездоровой конкуренции и такой хаос, что этого вполне хватит и без внешних проблем. Западный бизнес соткан из предательских нападений, мелодрам и сплетен так же, как и менеджмент предполагает постоянную борьбу, в которой владельцы акций требуют постоянного увеличения оборотов, а служащие пытаются прыгнуть через голову другого, чтобы достичь верхушки - словом каждый действует так, как будто в мире существует единственная достойная цель - удовлетворить личные нужды. Неудивительно, что на фоне такого всеобщего раздора мы падаем в глобальную экономическую пропасть.
Причина успеха Японии в бизнесе в том, что у них не принята внутренняя конкуренция. В японской культуре драмы и разного рода огорчения считаются неприличными. В Австралии я на-блюдал худшую противоположность, где считается, что отсутствие внутренней борьбы не может быть показателем высокого уровня бизнеса, а если труд и менеджмент скооперировались бы, то это было бы просто не "по-человечески". Борьба - часть австралийской культуры бизнеса. Их эко-номика - отражение этого принципа, и люди за него расплачиваются. И все это начинается со школ!
Несколько преподавателей добилось значительного успеха в области кооперативного обу-чения. Единственная проблема в том, что в отличии от них, родители продолжают интересоваться, а как же успевает их маленький Джонни по сравнению с другими детьми в классе.
Заканчивая эту главу, я чувствую, что испытываю дискомфорт в своем желудке из давнего прошлого, когда перед моим мысленным взором предстает моя подруга Марта, сидящая за своей партой и плачущая над тестом по математике. Какой печальной и несчастной она должно быть тогда была, думая, что она самая тупая ученица в классе.
Эти бессмысленные страдания невинных детей, которые присутствуют в наших школах, за-ставляют меня снова и снова удивляться тому, почему родители продолжают позволять системе доставлять душевную боль их детям.
До тех пор, пока мы осознанно и по собственному желанию не положим конец тому вреду, который был принесен нам, настаивая на том, чтобы более он не был причинен никому, наша об-разовательная система будет продолжать свою разрушительную игру, в которой даже самые ма-ленькие дети настраиваются друг против друга. Мы должны остановить эту систему, где детьми управляет страх, и где все поделены на категории победителей и проигравших. Нам нужно изме-нить это так, чтобы талант и самоуважение ребенка оценивались как истинные сокровища, кото-рыми они и являются в действительности.
13. ПОЧЕМУ БОЛЬШИНСТВО ЛЮДЕЙ УМИРАЕТ БЕДНЫМИ
Чем больше людям дано, тем меньше они способны работать, а чем меньше они работают, тем больше увеличивается их бедность.
Лев Толстой (1892)
"У меня нет причин волноваться, я еще слишком молод".
Как часто вам приходится слышать подобные высказывания? И кстати, как часто вы сами делаете подобные заявления? Каждый раз, когда я это слышу, я задаюсь вопросом - в каком же возрасте человек начинает воспринимать возрастной процесс как реальность.
С позиции своего среднего возраста я ясно вижу как живут мои бывшие одноклассники, то-варищи и друзья. Даже самые процветающие среди них бегают, как заведенные, еле успевая все уладить за день, заполняя свое время однообразной механической рутиной. Они поднимаются утром с постели, идут на работу, там наслаждаются небольшим перерывом за чашечкой кофе, затем снова возвращаются домой, кладут детей спать, смотрят телевизор, спят - и так проводят всю неделю, с ужасом ожидая утра понедельника и волнуясь из-за неоплаченных счетов.
Я описал только что образ жизни образованного среднего класса, который взобрался уже на плато профессиональной, финансовой и социальной стабильности. Они уже не скажут: "Мне не о чем волноваться, я все еще молод". Они чувствуют себя отстающими, которым работать стано-вится все трудней и трудней. Хуже всего то, что они не знают, как разорвать этот порочный круг, замыкающий их жизнь.
Последние несколько лет я провел достаточно много времени, общаясь с людьми от 60 и до 90 лет. Стараясь наблюдать жизнь их глазами, я получил несколько бесценных уроков, которые могли бы мне очень пригодиться в жизни. Когда я был моложе, и у меня было больше жизненных сил и энергии, я не имел никакого представления о том, как на мне скажется возраст, да и не хотел об этом думать. Для меня жизнь представлялась одной большой, волнующей вечеринкой.
Не так давно я собирал у себя дома 30 пожилых слушателей курса по искусству, с которыми я посещал эти уроки. Я был порядком удивлен, услышав, как многие из них говорили о трудностях подъема по моей довольно крутой дорожке. Я почувствовал себя беспечным шутом, не позабо-тившемся о себе вовремя. Конечно, мое заблуждение объяснялось тем, что я воспринимал моло-дость как должное. То, что казалось мне легким подъемом, им показалось целой горой.
Если бы я подвел итоги всему тому, чему научился от этих немолодых друзей, получилось бы следующее: за здоровьем и финансами надо следить, когда мы молоды, а не когда мы старые. Слишком много пожилых людей, с которыми я говорил в тот день, еще не запланировали как сле-дует свою старость. Они думали об этом и раньше, но не имели понятия о том, как она на них по-действует, так же, как я не имел понятия, как они воспримут мою дорожку. Многие из них говорили что-то вроде: "Годы так быстро промчались... прежде чем я понял, что годы работы закончились и что у меня недостаточный пенсионный доход".
Слишком многие из нас живут с надеждой, что завтрашний день будет лучше и с точки зре-ния финансов, и с точки зрения здоровья. Многие из нас не заботятся о своем здоровье, пока не начинают его терять. Конечно, пачка сигарет не убьет человека. Но пачка в день в течение три-дцати лет может!
К сожалению, когда мы молоды, мы не думаем о том, что качество нашей пенсионной жизни зависит от того как мы подготовимся к ней в молодости. Одним из трогательных примеров может послужить мой 70-летний знакомый Кен. В годы молодости Кен работал на правительство. Как раз перед тем, как выйти на пенсию, он и его жена серьезно заболели. Кен заложил их дом, т.к. его пенсия не покрывала медицинские расходы. Его жена выздоровела, но до конца жизни осталась прикованной к постели. Счета за медицинское обслуживание и уменьшившийся доход оставили им огромные долги. Менее, чем через год после ухода на пенсию, Кен был вынужден продать дом, чтобы оплатить самые неотложные счета. Но этим дело не кончилось. Вскоре они начали жить на кредитные карточки. Это продолжалось пока в дело не вмешался суд.
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 |
|
|
