вместо того, чтобы дарить или завещать ее церкви.
Меркантилизм
Мы переходим к важнейшему институциональному изобретению, которое смягчило
переход от феодализма к капитализму и проложило путь современному капитализму.
Речь идет о союзе между правительствами и коммерсантами. Совокупность
соответствующих политических решений и стратегий известна как политика
меркантилизма. [Более подробный обзор меркантилизма см. в следующих работах:
li F. Heckscher, Mercantilism, 2 vols., 2d rev. ed., (London: George Alien &
Unwin, 1955); Charles H. Wilson, "Trade, Society and the Staple", в The
Cambridge conomic History of urope, . . Rich and C. H. Wilson, eds., vol.
4, The conomy of xpanding urope in the Sixteenth and Seventeenth Centuries,
chap. 8.] Исторически меркантилизм был важен для развития и поощрения торговли
в условиях, когда еще были сильны традиции и институты феодализма.
В период укрепления монархий правительства являлись в первую очередь центрами
военного могущества, а основной экономической предпосылкой существования этих
центров военной мощи было золото на покупку оружия (часто за рубежом) и на
содержание войск. Испания получала золото из Нового Света. В других странах
внутренние источники золота принадлежали подданным, но раз изъятые и
потраченные, они иссякали. Меркантилистское решение заключалось в том, что
нужно продавать за границу больше, чем закупать там, а разницу получать
золотом. Допустимым считался импорт сырья для производства экспортных товаров
и получения прибыли, хотя меркантилисты в целом относились к импорту без
восторга. И лучше всего, если можно было получать сырье из колоний, не платя
иностранцам в золоте.
Для получения наибольшего дохода от экспорта меркантилистская теория
рекомендовала использовать монополии, так чтобы не возникали ситуации, когда,
например, французские торговцы конкурируют друг с другом и в итоге сбивают
цены на французские продукты на иноземных рынках: Равным образом монополизация
импорта предотвращает опасность того, что конкуренция между импортерами вздует
цены на иноземные товары. Предоставление такого рода монополий превращало
монархов и их влиятельнейших придворных в союзников торговцев. Благодаря этому
носители политической власти получали личную долю в прибыли торговых и
производящих предприятий. Теоретически все это звучит ужасно и на практике
выливалось в коррупцию, но распространенность и сила политики меркантилизма
оказались достаточными, чтобы вызвать упадок итальянских и ганзейских городов,
которые утратили принадлежавшие им с XII века господствующие позиции в
торговле.
Легче понять ситуацию, если не считать практику отражением принципов
меркантилизма (которые были разработаны на основе уже сложившейся практики), а
видеть в ней пережиток феодализма и элемент борьбы монархов за право налагать
налоги без согласия парламента. В феодальном обществе право на торговлю
предоставляли и подтверждали хартии соответствующего сеньора. Ярмарки
существовали в силу его милостивого разрешения, и права гильдий на занятия
промыслами имели тот же источник. Когда право на взимание налога оспаривалось,
продажа таких хартий была источником средств. Платежи за их выдачу могли быть
одноразовыми, в виде регулярных налогов или смешанными. Длительное время
важнейшим источником средств для британской короны были налоги на
монополизированную купеческой компанией торговлю шерстью. Благодаря тому, что
члены правящего класса участвовали в прибылях, довольно странная практика
новых национальных государств, направленная на одновременное ограничение
импорта и предоставление исключительных торговых привилегий своим подданным,
сыграла значительную роль в создании свободного купечества, имевшего право --
в рамках многочисленных хартий -- торговать на собственных условиях.
Важно отметить, что предоставление монополий нередко имело целью улучшение
возможностей для создания новых отраслей. В частности, Англия превратилась из
экспортера сырья в экспортера готовой продукции в немалой части благодаря
тому, что возможность получения монопольных привилегий привлекла в страну
фламандцев и других иммигрантов. Уже в 1331 году монопольные преимущества были
дарованы ткачам, а потом и многим другим. Согласно Норту и Томасу [North and
Thomas, Rise of the Western World, pp. 152--153], при Елизавете были дарованы
55 патентов на монополию, в том числе 21 патент -- иностранцам или
натурализовавшимся иммигрантам.
Глядя через столетия, нелегко оценить факторы, приводившиеся в действие актом
предоставления монополии. Благодаря этому, в частности, королевские
правительства превращались в сторонников расширения торговли, не обязательно
принципиальными, может быть, целиком из корыстных побуждений. Торговые
монополии были чем-то вроде учебного пособия, как если бы их изобрели
специально для того, чтобы на конкретном примере и быстро показать королевским
правительствам выгоды роста торговли. Ко временам Адама Смита урок был уже
хорошо усвоен, и он потребовал устранения учебного пособия. Но партнерство
между правительствами и капиталистами сохранилось -- в форме лицензий и
патентов, или в форме особых механизмов военных поставок, и эти учебные
пособия широко используются в странах третьего мира.
Политическая раздробленность Европы как источник роста
В свете вышерассмотренной практики меркантилизма кажется несомненным, что
развитие капитализма на Западе было в немалой степени обязано раздробленности
Европы на множество суверенных образований. Не было единой фирмы "Европа
Инк.", но зато было множество мелких "монархия Инк.", "княжество Инк.",
"город-государство Инк.". Важным фактором преодоления наследственного
отвращения деревенской военной аристократии к новому классу торговцев была
конкуренция между лидерами возникавших национальных государств, каждый из
которых дорожил возможностью получать со своих торговцев налоги и кредиты и
при этом сознавал политическую опасность того, что у соседей будет больше
денег для финансирования вооруженных сил. Если бы торговцам противостояла
политическая монополия, им не хватило бы средств на выкуп свободы торговать.
Известны империи, которые управляли районами, в культурном и хозяйственном
отношении не менее разнообразными, чем Запад, и при этом не Ослабившие
политического контроля над торговлей. В этих империях, отличавшихся полной
консолидацией политической власти и незначительностью внутренней конкуренции
за патронаж над торговлей, сопоставимого ослабления политического контроля не
1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41 42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52 53 54 55 56 57 58 59 60 61 62 63 64 65 66 67 68 69 70 71 72 73 74 75 76 77 78 79 80 81 82 83 84 85 86 87 88 89 90 91 92 93 94 95 96 97 98 99 100 101 102 103 104 105 106 107 108 109 110 111 112 113 114 115 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125 126 127 |
